Сценаристы сериала “Smallville” отказались от предложения дирекции студии Warner ввести Бэтмэна и Чудо-Женщину в новый сезон своего шоу

Теперь ужасно хочется увидеть завтра в ленте другую новость.

Сценаристы 10-серийной версии фильма “Адмиралъ” согласились на предложение студии Warner включить Бэтмэна и Чудо-Женщину в свое шоу. В данный момент обе стороны обсуждают в каких сценах и при каких обстоятельствах предстоит появиться легендарным героям.

Вот да. То есть даже — ДАЪ!

(via DAHR.RU.)

Купер не считается.

Раз: Штормэлвис
Два: Филип Киндред. Как живой
Три: Гики. Просто гики.

А вот тут – подробнее насчет андроида-Филипа-Киндреда. Здорово-то как. Хочу в Сан-Диего!

Все очень просто, на самом деле. Два имени — Джозеф Маккарти и Фредрик Вертхем.
Второй (американский психиатр, фрейдист, немецкий эмигрант) угробил в 1948 — 1955 году американский комикс при… ну, нельзя сказать, что при прямой поддержке первого, но времена на дворе стояли весьма благоприятствующие такому повороту событий.

Вообще, Вертхема уместно было бы сравнить с Майклом Муром (времен Bowling for Columbine) — он тоже а) искал причины всплеска насилия в обществе, особенно среди подростков, и б) в каких-то странных местах искал.

В 1948 году Вертхем опубликовал статью в Readers Digest, самом популярном журнале для домохозяек, где клеймил позором «vile & sex industry». Комиксы обличал. В формате Readers Digest.

Нет, он, конечно же, был не одинок. Комиксы обличали и другие всякие интересные личности. Например, Стерлинг Норт. В книге «Parade of Pleasure» он обвинял художников, сценаристов и издателей комиксов в гомосексуальных наклонностях (1949 год! Тогда с этим было строго), обзывал их дегенератами, и вообще писал о популярных издательствах в таких вот выражениях: «..staffed entirely by homosexuals and operating out of our most phalliform skyscraper.»

Веселое было время, чего уж там. Коммунисты и гомосексуалисты выглядывали из-под каждой кровати, ища, как бы развратить детей и склонить их к антиамериканской деятельности.

К травле активно подключились и разнообразные религиозные общины. Дело в том, что комиксы на тот момент вовсе не напоминали сахарный сироп, как сейчас. Выходили и хоррор-серии, и детективные, и всякие прочие другие. И существовало огромное количество мелких независимых издательств, печатающих совсем уж откровенную порнографию и расчлененку. Иногда — в одном выпуске. Хорошо, хорошо — довольно часто в одном выпуске. Ну хоррор же. Известный телесериал «Байки из склепа» (Tales from the Crypt, 1989-1996) основан, кстати, на одноименнй комикс-серии, прекратившей свое существование в пятидесятых. И эта серия считалась весьма приличной и высокохудожественной. Сейчас, во всяком случае, считается.

Приличных домохозяек такие вещи здорово нервировали. По идее, любой ребенок мог пойти в магазин и купить там та-акое… И покупали. Не существовало никакой системы возрастных рейтингов. В кино с этим пытались бороться еще с начала тридцатых (keyword: Hays Code), но сравнительно безуспешно; в 1966 году была таки основана MPAA, Motion Picture Association of America, занимающаяся расстановкой рейтингов; довольно уродливое создание, существующее и по сей день, но даже оно лучше, чем ничего.

Зашевелились законодатели. В некоторых городах комиксы были запрещены. Вообще запрещены. Где-то их продажа была очень сильно ограничена. Издатели несли огромные потери. Комиксистам припомнили всё. Даже то, что новенький, с иголочки, Капитан Америка волею создателей ввязался во Вторую Мировую Войну аж в марте сорок первого, задолго до Перл-Харбора. Ну и без коммунистов не обошлось; ничего, кстати, удивительного, во время войны по радио вполне спокойно крутили песни типа спиричуэла Stalin Wasn’t Stallin’, в каковой песне негритянский хор торжественно, патриотично и красочно расписывал, как Русский Медведь под руководством мудрого товарища Сталина надерет задницу фашистам.

И тут Вертхем выпустил свою главную книгу: «Обольщение невинных» (Seduction of the Innocent). Книга была отвратительно сделана; она содержала туманные проклятия в адрес комиксистов и яркие, сочные, кровавые картинки с подписями вроде «Хотели бы вы, чтобы ваши дети читали ТАКОЕ»? Указать источники (ну, хотя бы название комикса, черт с ним, с издательством и годом издания) Вертхем не удосужился. И так все ясно — американцы не хотели.

Запылали костры из книг. Не на главных площадях, правда, а во двориках, в тихих американских субурбах. Горели комиксы. Домохозяйки расправлялись с сексом, насилием, гомосексуализмом и коммунизмом. Дети плакали. Отцы, прошедшие войну с библией в одном кармане и выпуском «Капитана Америки» в другом, вздыхая, говорили: «Ну, надо, значит надо».

К концу 1954 года три четверти комикс-издательств вышли из игры. Разорились, в смысле. Крупные издатели кое-как держались, но было ясно, что это ненадолго.

Действовать надо было быстро и решительно. Особенно компании Dell Comics, которая всю жизнь выпускала комиксы «для семейного чтения», без секса, насилия и прочих ужасов; к тому же у компании был жирный контракт с Диснеем. «Нас-то за что?», — вопили они.
Надо было что-то делать. И ведь сделали. В том же 1954 году был принят Comics Code Authority, который решительно запрещал некоторые вещи. Под запрет попали не только секс-и-ужасы, но и отдельные слова: crime, weird, divorce, и всякое такое остальное.

Запрещалось критиковать правительственные учреждения. Запрещалось выставлять госслужащих идиотами. Запрещалось «неподобающе одевать» персонажей (и нет, это не значило «неподобающе раздевать», для того имелось отдельное правило). Герой комикса обязан был проявлять уважение к старшим и почитать родителей. Герой не должен был курить и пить алкоголь. Запрещалось изображать злодея хоть сколько-нибудь симпатичным и вызывающим сочувствие. Запрещалось. Запрещалось. Запрещалось…

Почти все издатели приняли этот, гхм, кодекс. Те, кто не принял, очень быстро и мучительно издохли.
Так закончился Золотой Век американского комикса. За следующие пятьдесят лет произошло много интересного (фэн-комиксы хиппи, три английских десанта, создание крупными издателями якобы независимых лейблов, злостно нарушавших кодекс, и многое другое, что выходит за рамки данной истории).
Не менялось одно — до середины 2001 года крупные фирмы (их, собственно, уцелело до нынешнего дня всего две — DC Comics [Superman, Batman и их присные] и Atlas Comics, впоследствии Marvel Comics [X-Men, Spiderman, Hulk и проч.]) лепили на обложки значок CCA. Правила, конечно, год за годом смягчались, но американский комикс пятьдесят лет провел в загоне Комикс-кодекса.
Сейчас Марвел ввел свою систему рейтингов, частично основанную на положениях MPAA, которая, в свою очередь, многое позаимствовала у CCA, и выпускает изредка вполне пристойные вещи; DC, как правило, выпускает серьезные комиксы под лейблом Vertigo.

А Фредрик Вертхем, получивший титул «Человек, Который Убил Американский Комикс», написал в 1958 году книгу Circle of Guilt, а в 1968 году еще одну, A Sign of Cain, где клеймил позором — вы угадали! — кино и комиксы, ухитрился к тому же незадолго до смерти побывать на комикс-конвенте.

В 1973 году вышла последняя книга Фредрика Вертхема — The World of Fanzin, где с восторгом и упоением рассказывалось, какие молодцы эти фанаты фантастики и комиксов, как они делают свои фэнзины на паршивой копировальной технике, как эти фэнзины летают туда-сюда через страны и континенты… вот он, пример для современной молодежи!

Злой шутник из числа устроителей New York Comic Art Convention (история сохранила его имя — Phil Seuling) пригласил дедушку, находящегося, по словам очевидцев, то ли на грани маразма, то ли уже немножко за нею, пригласил его выступить перед публикой. Перед любителями комиксов.
Это было жестоко.

Фредрик Вертхем (Fredric Wertham), 1895-1981. Человек, убивший комикс.

P.S. Кстати, запрещенные комиксы ухитрились оказать огромное влияние на американскую фантастику, да и вообще на литературу; два или три поколения фантастов, не заставших Золотого Века Комикса, с придыханием вспоминают, как они нашли на чердаке или в позабытую коробку комиксов, и как читали эти комиксы, забравшись с фонариком под одеяло. Затем они долго и путано рассказывают, какое именно влияние оказали эти комиксы на их творчество, но это уже совсем другая история.

Вареза, конечно, полно – но делать статистику по шестидесяти крупнейшим каналам… Конечно, это будет варез. Что это еще может быть?
Но все же.